У России появился мощный партнер в освоении космоса: вместе будем исследовать Луну и Венеру

У России появился мощный партнер в освоении космоса: вместе будем исследовать Луну и Венеру

Уганда ведёт переговоры с Российской Федерацией о сотрудничестве в космической сфере и рассчитывает принять участие в программах исследования Луны и Венеры. Об этом в интервью ТАСС сообщил министр администрации президента Уганды по вопросам науки, технологий и инноваций Азиимве Джонард. По его словам, стороны уже провели предварительную встречу, следующая запланирована на ближайший месяц, а до конца года может состояться ещё один раунд переговоров.

Джонард отметил, что Уганда заинтересована в опыте Российской академии наук, которая уже разрабатывает программы исследования Луны и Венеры. «Это тот самый опыт, который будет передан Уганде, чтобы мы могли работать вместе и оценивать наши возможности», — заявил министр, подчеркнув, что две страны «точно собираются работать вместе» в космической сфере .

Заявленные амбиции выглядят, конечно, масштабно, однако даже поверхностный взгляд позволяет сделать вывод о том, что стране еще только предстоит сделать первые шаги.

Впрочем, как бы ни относиться к этой стране, а у нее, тем не менее, уже есть космический бэкграунд. Уганда имеет собственный спутник: PearlAfricaSat-1, запущенный в 2022 году. Аппарат был разработан тремя угандийскими инженерами при поддержке Японского технологического института Кюсю в рамках программы BIRDS-5 и выведен на орбиту с помощью NASA. Спутник предназначен для сбора данных о плодородии почв, картирования минеральных ресурсов и мониторинга погоды; его срок службы оценивается в 4–5 лет .

В апреле 2026 года Уганда совместно с Кенией и Египтом запустила на Международную космическую станцию полезную нагрузку ClimCam — 3,5-килограммовую камеру для климатического мониторинга, разработанную при поддержке UNOOSA и Airbus. Четыре угандийских инженера участвовали в проектировании её компонентов.

Надо сказать, что эти космические истории отнюдь не какие-то спорадические действия. В Уганде космическая деятельность координируется Бюро аэронавтики и космической науки в составе Секретариата по науке, технологиям и инновациям при Администрации президента. Уганда является участницей Договора о космосе, членом Африканского космического агентства и придерживается Африканской космической политики и стратегии. На территории страны действует наземная станция Mpooma, модернизированная для приёма данных со спутников.
Так что, смеяться над космическими амбициями этой страны все же, не стоит.

Президент Йовери Мусевени недавно анонсировал запуск ещё двух спутников, один из которых может быть выведен на низкую околоземную орбиту, а другой — потенциально на среднюю или геостационарную. В рамках программы «доместикации» студенты 11 университетов прошли обучение по проектированию спутниковых подсистем, а на станции Mpooma создаются лаборатории сборки, интеграции и тестирования.

Что Уганда может предложить России? На данном этапе вклад страны в совместные лунные или венерианские миссии может быть очень скромным. Уганда не располагает собственной ракетой-носителем, космодромом или технологиями межпланетных перелётов. Её реальные активы — это наземная станция, формирующийся кадровый потенциал (инженеры, прошедшие подготовку в Японии и Египте) и опыт эксплуатации малых спутников и полезных нагрузок на МКС. В контексте сотрудничества с Россией Уганда, скорее всего, будет выступать в роли получателя технологий и знаний, а не равноправного технологического партнёра.

И министр Джонард прямо говорит о намерении «перенять опыт» и «оценить собственные возможности». Это указывает на то, что ключевая цель — доступ к российским образовательным и научным ресурсам, а также возможное участие угандийских специалистов в обработке данных или наземной поддержке миссий. Участие в программах исследования Луны и Венеры для Уганды — это прежде всего способ приобщиться к передовым космическим технологиям и повысить национальный престиж, а не реальный вклад в межпланетные полёты.

И для Москвы эта «космическая» ниточка могла бы стать прочным ремнем, с помощью которого Уганда — далеко не последнее африканское государство — могла бы быть «привязана» к России.

Правда, бюджет космической программы Уганды остаётся непрозрачным, но масштаб предыдущих проектов (например, PearlAfricaSat-1 стоимостью около 7 млрд угандийских шиллингов, что составляет примерно 1,8 млн долларов США) говорит о жёстких финансовых ограничениях. Отсутствие развитой промышленной базы и профильных научных школ также ограничивает возможности страны по участию в высокотехнологичных проектах. Кроме того, конкретные сроки, распределение задач и формат участия Уганды в российских миссиях пока не определены — переговоры находятся на стадии изучения возможностей.

Так что, интерес Уганды к сотрудничеству с Россией вписывается в более широкую картину активизации российской космической дипломатии на африканском направлении. Ранее «Роскосмос» предлагал зарубежным странам отечественные ракетные двигатели и космические технологии.

Для России партнёрство с Угандой, даже в ограниченном формате, может стать символическим шагом, демонстрирующим сохранение влияния в космической сфере на фоне западных санкций. Для Уганды же это возможность диверсифицировать партнёров: страна уже сотрудничает с Японией, США (через NASA), Египтом и Кенией, а также участвует в проектах под эгидой ООН.

фото: Роскосмос

Еще по теме

Что будем искать? Например,Новости

Используя сайт, вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности и обработки персональных данных пользователей.