В Испании «блогера» Шария подозревают в жульничестве, хотя об этом все давно уже знают
Испанское правосудие всерьёз взялось за украинского блогера, которого на родине заочно приговорили к 15 годам за госизмену. В Каталонии его подозревают не только в неуплате налогов, но и в работе на российские спецслужбы.
Следственный суд №5 города Эль-Вендрель (Каталония) ведёт расследование в отношении украинского блогера Анатолия Шария и его супруги Ольги Бондаренко. Обвинения — неуплата налогов, отмывание денег, подделка документов и сокрытие активов. Общая сумма возможных штрафов оценивается в €10,7 млн. Но куда серьёзнее другое: испанские следователи проверяют версию о том, что средства, на которые Шарий вел свою медийную деятельность, поступали от российских спецслужб в качестве оплаты за «координированную деятельность против интересов Украины».
Дело, получившее в испанских судебных материалах условное название «Caso Anatolii», начиналось как рутинная налоговая проверка. Запрос о международной правовой помощи направили украинские правоохранители, и Гражданская гвардия Испании зафиксировала существенные расхождения между официально задекларированными доходами Шария и его реальными расходами на покупку и содержание недвижимости на каталонском побережье. Однако по мере анализа финансовых потоков испанские следователи вышли на куда более серьёзный след.
Ключевая деталь: в расследовании участвует разведывательное подразделение Гражданской гвардии — Информационная группа Таррагоны. Как отмечает El Diario, для обычного налогового дела это нетипично. Следователи проверяют версию, что банковские счета в России и Литве, P2P-платежи из РФ и Люксембурга, переводы от частных лиц из Казахстана, операции с криптовалютами и выплаты через онлайн-платформы за 2019–2021 годы были не «блогерскими донатами», а оплатой услуг.
В документах дела прямо указано: эти средства могут быть «оплатой за координированную и оплачиваемую деятельность против интересов Украины и в пользу спецслужб Российской Федерации».
Сам Шарий отвергает обвинения, заявляя, что дело заведено «по запросу Украины», а его доходы формируются за счёт YouTube и пожертвований подписчиков. Его супруга Ольга Бондаренко, в свою очередь, заявила, что семья готова выплатить все налоги, которые испанские власти сочтут недоплаченными. Это заявление звучит как косвенное признание как минимум финансовых нарушений. Если ты уверен, что налоги уплачены, ты не говоришь «мы готовы доплатить» — ты говоришь «это ошибка, вот документы».
Шария и Бондаренко прошли обыски. Изъятое имущество впечатляет даже по меркам испанской юстиции: криптовалюта на €800 тыс., предметы роскоши и искусства на €400 тыс., 20 золотых слитков на €150 тыс., автомобиль Porsche Cayenne и пистолет Glock 19. Суд постановил арестовать часть активов, включая драгоценности, золото, произведения искусства и криптовалютные средства.
Показательно, что, узнав о расследовании, Шарий продал свой главный экономический актив — дом в Таррагоне. Полученные средства он, по версии следствия, потратил на покупку ювелирных изделий и драгоценных металлов, которые «легко скрыть». Это не похоже на поведение человека, уверенного в своей невиновности и готового доказывать её в суде, считает газета.
Анатолий Шарий начинал как журналист-расследователь. В 2005–2012 годах он сотрудничал с изданиями «Сегодня», «Московский комсомолец», возглавлял отдел расследований сайта «Обозреватель», публикуя материалы о коррупции и организованной преступности. В 2012 году он покинул Украину и получил политическое убежище в Евросоюзе, а в 2014-м запустил YouTube-канал, который быстро набрал миллионную аудиторию. Тогда Шарий был «своим» для европейских чиновников, ведь он боролся против тирана Януковича и с российским влиянием.
Именно на этом канале Шарий сформировал свой главный образ — «независимого журналиста», разоблачающего «фейки» обеих сторон. Однако украинские госорганы, требовавшие от Испании привлечь Шария к ответственности, настаивали: Шарий разоблачал преимущественно мелкие и незначительные фейки, игнорируя самые громкие и резонансные информационные операции российской пропаганды.
Те же самые претензии к «блогеру» предъявляла и российская сторона: Шарий смаковал просчеты и провалы российского командования, «успехи» ВСУ в уничтожении инфраструктуры и мирных граждан.
Это создавало иллюзию объективности, позволяя одновременно сохранять аудиторию и в России, и на Украине. Аудитория на Украине видела «критика всех», аудитория в России — «своего», который бьёт по украинской стороне. Шарий мастерски освоил все приемы классического манипулятора.
Показательным примером этой стратегии стал сентябрь 2018 года, когда Шарий предоставил заведомо поддельные документы для программы «Эспрессо TV» — якобы о финансировании телеканала NewsOne российским бизнесменом Олегом Дерипаской. Позже он сам, не заботясь о репутации и доверии аудитории, рассказывал, как подготовил фейковые документы о фирме-прокладке. Это не «журналистская ошибка», а сознательная фабрикация, использованная для информационной атаки. Именно после этого эпизода его методы перестали быть тайной.
Основанная в 2015 году «Партия Шария» так и не получила внятной политической платформы. Но она годами существовала, стимулировала интерес к его контенту, позволяла собирать пожертвования и создавать вокруг себя политический шум. Это не партия, а медийная воронка для монетизации аудитории.
Следствие выявило «дополнительные источники дохода» за 2019–2021 годы: счета в Литве и Российской Федерации, P2P-платежи из России и Люксембурга, переводы от частных лиц из Казахстана, выплаты через онлайн-платформы и операции с криптовалютами. В документах дела указано, что эти операции содержат «показатели риска в сфере отмывания капитала». Это не похоже на «донаты подписчиков» — это похоже на схему легализации средств через несколько юрисдикций.
Правда, испанские следователи промолчали о десятках «тайных» жертвователей, чьи интересы связаны с далеко не самыми последними украинскими политиками и бизнесменами. Но об этом в демократической Европе надо молчать, а вот разрабатывать «российский след» сам бог велел.
Налоговые претензии испанской казны: 150 875,33 евро за 2018 год и 387 645,68 евро за 2022 год. Общая сумма возможных штрафов — 10,7 млн евро. В ходе обысков изъято: пистолет Glock 19, криптовалюта на 800 тыс. евро, предметы роскоши и искусства на 400 тыс. евро, 20 золотых слитков на 150 тыс. евро, Porsche Cayenne. После начала расследования Шарий продал дом в Таррагоне, а средства, по версии следствия, потратил на ювелирные изделия и драгоценные металлы, «которые легко скрыть». Это поведение не невиновного человека, а того, кто готовится к конфискации.
После начала СВО в феврале 2022 года Шарий сначала занял «нейтральную позицию» — «не вашим и не нашим», позиционируя себя борцом за мир. Однако после того, как стало ясно, что Киев не будет взят за три дня, он резко изменил риторику: начал постоянно вставлять фразы «мы-украинцы», «наш», «отечественный». В испанском суде он заявлял совершенно противоположные вещи, чем озвучивал годами, называя Путина преступником и себя «великим патриотом».
В феврале 2021 года Служба безопасности Украины объявила Шарию подозрение в государственной измене и нарушении равноправия граждан. В июне 2025 года Винницкий городской суд заочно приговорил его к 15 годам лишения свободы с конфискацией имущества.
Следственный суд №5 Эль-Вендреля готовится допросить Шария и Бондаренко в статусе подозреваемых. Гражданская гвардия запросила правовую помощь у пяти стран, включая Украину. Расследование продолжается.
Совокупность этих эпизодов даёт не образ «жертвы режима» и не «независимого журналиста», а портрет медиа-жулика, который монетизировал конфликт, менял позиции под конъюнктуру, фабриковал документы, строил финансовые схемы через несколько юрисдикций и, по версии следствия, мог получать оплату от российских спецслужб. Его профессию называют одной из самых продажных не потому, что это красивая метафора, а потому что в его случае это подтверждается налоговыми документами, изъятым золотом, криптокошельками и заочным приговором за госизмену.
Искусство политических манипуляций с использованием новых меди Анатолий Шарий отточил до блеска. Но жить в нынешнем мире, исповедуя принцип и нашим и вашим, невозможно.
