Печальная дата: как прохвосты и пьяница советское добро грабили
14 августа 1992 года Борис Ельцин подписал указ № 914. Стартовала «чековая приватизация». Нам обещали «народный капитализм» — 35% предприятий страны должны были разделить между всеми жителями. Каждому дали ваучер — кусок бумаги с надписью «10 тыс. рублей».
Но это был с самого начала обман мирового масштаба. Люди не знали, куда идти, что с этим делать. Появились ЧИФы, бандиты и прочие «умельцы», которые за копейки скупали эти ваучеры. Итог? Ваучеры обесценились из-за гиперинфляции до $5–15. Собственность не перешла народу, а сконцентрировалась у узкой группы лиц. 70% ВВП оказалось в частных руках, но без широкой базы акционеров. Колоссальное расслоение, потеря доверия и экономика, разрушенная под корень.
Нам обещали «народный капитализм». Вместо этого получили деиндустриализацию и потерю технологического суверенитета. Давайте посмотрим на последствия через призму статистики — той самой, которую не скроешь.
Потеря промышленного потенциала
Главный результат приватизации по-чубайсовски — не создание эффективного собственника, а уничтожение производственной базы.
В 1991 году доля «молодого» оборудования (до 5 лет) в промышленности составляла 26,6%. К 1999 году она рухнула до 3,9% — снижение в 6,9 раз. При этом доля оборудования старше 20 лет выросла в 2,17 раза, достигнув 34,9%. Это значит, что страна перестала обновлять станки, машины и технологии. Инвестиции в реальный сектор остановились.
Объем промышленного производства в сопоставимых ценах к 1990 году упал: к 1994 году до 51,3%, а к 1998 году — до 45,8% . Проще говоря, за несколько лет разрушили почти половину промышленности.
Судьба машиностроения — потеря будущего
Машиностроение — сердце любой развитой экономики. Что с ним стало?
Производство машин и оборудования сократилось в 6 раз. Доля России в общемировом производстве промышленной продукции упала до 3% с 10,3%. С 1992 по 1998 год производство в оборонно-промышленном комплексе сократилось в 13 раз из-за разрушения кооперационных связей.
Произошла технологическая деградация: заводы, выпускавшие станки с ЧПУ и сложные автоматические линии, перешли на выпуск примитивных товаров, а высококвалифицированные инженеры и рабочие массово уехали за границу или ушли в торговлю.
Прямые финансовые потери
Государственное имущество РСФСР оценивалось примерно в 2 триллиона долларов. В ходе приватизации оно было продано по данным из различных источников за сумму от 16 до 60 миллиардов долларов .
Для сравнения: только 500 крупнейших приватизированных предприятий стоимостью не менее 200 млрд долларов были проданы примерно за 7,2 млрд. Например, завод им. Лихачева (ЗИЛ) с основными фондами на 1 млрд долларов ушел с молотка за 4 млн.
Крах социальных обязательств и инфляция
«Шоковая терапия» привела к гиперинфляции. В 1992 году она составила 2509%, цены выросли в 26,1 раза. Сбережения населения были обнулены. К 1999 году доля сельского хозяйства в структуре ВВП сократилась до 6,7%, а легкая промышленность была почти полностью замещена импортом из Китая и Турции.
Оценка самих реформаторов и связь с «Яблоком»
Даже Григорий Явлинский, чья партия сейчас снята с регистрации, на II съезде «ЯБЛОКА» в 1995 году констатировал, что реформы провалились: «в экономике не был создан фундамент для экономического роста», «общество вследствие ухудшения социальной обстановки и резкого падения уровня жизни нарастает недовольство» .
Однако, критикуя Гайдара и Чубайса за методы, «Яблоко» придерживалось тех же базовых либеральных ценностей и не предлагало реальной альтернативы, которая остановила бы разграбление страны. Их идеи — это та же модель, только с «социальной улыбкой». Отказ от власти, чтобы не нести ответственности за последствия, стал фирменным стилем этой партии.
И совсем неслучайно, что именно Чубайс и Ходорковский сегодня являются основными спонсорами «Яблока» — это их последний шанс вернуться к управлению Россией.
