«Законно, когда мы, незаконно, когда они»: удаление VK из App Store обнажило провал в информационной политике
Из российского сегмента App Store исчезли все ключевые приложения холдинга VK Group: «ВКонтакте», «Одноклассники», «Дзен», Mail.ru, VK Музыка, VK Мессенджер, VK Видео, VK Знакомства. Apple убрала их без предварительных уведомлений, без формальных объяснений – просто в один момент заблокировала доступ к десяткам миллионов пользователей. Минцифры не получило от компании никакой аргументированной позиции, ФАС попросили рассмотреть «факты недобросовестной конкуренции», а депутаты Госдумы заговорили о нарушении Всеобщей декларации прав человека.
Но вместо того, чтобы признать стратегическую ошибку многолетних запретов и блокировок, российские политики выдали риторику, которая с поразительной откровенностью демонстрирует их полное непонимание происходящего. Они годами выдавливали зарубежные сервисы, называя это суверенитетом, а теперь требуют от Apple соблюдать законы, которые сами же попирали. Эта история – не о коварстве Запада, а о цене собственной методологической и технологической беспомощности.
Удаление приложений VK из App Store – не разовая акция и не политический жест в вакууме. Это логичное следствие многолетней асимметрии: одна сторона системно ограничивала чужие сервисы, искренне полагая, что инструмент давления работает только в одну сторону. Те же акторы, которые годами вводили ограничения против зарубежных платформ без объяснений и апелляций, теперь апеллируют к международному праву и принципам добросовестной конкуренции.
Логика «нам можно, потому что у нас суверенитет» перестает работать ровно в тот момент, когда другая сторона применяет зеркальный аргумент. Apple – частная компания, действующая в американской юрисдикции, где санкционный комплаенс не требует публичных обоснований. И вот на этом фоне звучат заявления российских политиков.
Дмитрий Песков заявил, что удаление российских приложений ставит под вопрос надёжность Apple как поставщика коммерческих услуг. Он подчеркнул: это не единичный случай, ранее уже удаляли другие российские приложения, и это в целом подрывает доверие к магазину. Пресс-секретарь президента отметил, что решение затрагивает не только пользователей в России, но и десятки миллионов русскоязычных людей по всему миру, которые активно пользуются сервисами VK. Он сообщил, что профильные ведомства планируют связаться с Apple и запросить разъяснения, добавив: если корпорация не даст объяснений, тогда уже будут приниматься решения о том, продолжать ли с ней взаимодействие. Песков даже посоветовал пользователям «перейти на Android, перейти на наши системы, перейти на наш аналогичный сервис».
Видимо, в Кремле искренне полагают, что угроза «не взаимодействовать» с компанией, чьи смартфоны держат в руках десятки миллионов россиян, выглядит убедительно. А рекомендация сменить операционную систему на фоне отсутствия отечественной альтернативы для iOS звучит как насмешка над теми, кто купил iPhone не по указке сверху, а по собственному выбору.
Но куда ярче высказался глава комитета Госдумы по информационной политике Сергей Боярский. По его словам, удаление приложений – это «действие не по закону», Apple действует «под воздействием политических мотивов». «Это сознательное причинение неудобств целой стране. Мы наблюдаем, как компания теряет лицо, окончательно превращаясь в инструмент информационной войны. Видимо, нам не могут простить наших цифровых успехов», – заявил Боярский.
Он также сказал, что это вызывает «не только юридические вопросы, а глубокое человеческое разочарование»: «Стив Джобс строил ее на особом уважении к пользователям во всем мире, а сегодня Apple с поразительной легкостью плюет на миллионы людей, выбравших ее технику». И венчает его риторику фраза: «Идет расправа по национальному признаку над продуктами для коммуникации и развлечения».
Расправа по национальному признаку – эти слова произносит человек, представляющий страну, которая заблокировала Facebook*, Instagram*, Twitter**, десятки новостных сайтов, приняла закон о «суверенном интернете» и принудительно предустанавливает российские приложения на все продаваемые смартфоны. Когда мы запрещаем – это суверенитет и защита национальных интересов. Когда они запрещают – это «расправа» и «информационная война». Двойные стандарты обнажены до предела, но депутаты этого не замечают.
Заместитель председателя комитета по информполитике Андрей Свинцов пошёл ещё дальше. Он заявил, что Запад удалением приложений VK пытается остановить конкуренцию. «Российский IT-бизнес, что называется, проклюнулся на мировой арене. Поэтому, конечно, западные гиганты пытаются остановить этот рост и оставить мощных российских конкурентов», – сказал Свинцов. Он уверен, что Apple боится российских компаний, которые «осваивают пространство СНГ, стран Ближнего Востока и Африки».
Но проблема этой теории в том, что VK – компания, которую Свинцов называет «мощным конкурентом», – последние шесть лет подряд терпит колоссальные убытки, и эти убытки покрываются из российского бюджета.
За период с 2019 по 2025 год совокупный чистый убыток VK Group превысил 195 миллиардов рублей. В 2024 году убыток составил почти 95 миллиардов, в 2023-м – 34 миллиарда, в 2022-м – 32,6 миллиарда.
Компания, которой с 2021 года руководит Владимир Кириенко – сын замглавы администрации президента Сергея Кириенко, – не может выйти в прибыль шестой год подряд. При этом государство продолжает заливать в неё деньги: в прошлом году VK получила из федерального бюджета 43,5 миллиарда рублей.
Это не рынок. Это система, в которой убыточная компания получает бюджетное финансирование, потому что её руководитель – сын высокопоставленного чиновника. Генеральный директор VK в период с июля 2024 по август 2025 года заработал 543 миллиона рублей – 45 миллионов в месяц. Совокупный бонусный фонд топ-менеджмента за этот период превысил 2 миллиарда рублей. Пока рядовые инженеры жалуются на заморозку зарплат, топ-менеджмент получает миллиардные бонусы из денег налогоплательщиков. И эту компанию – этого «национального чемпиона», который годами не может выйти в прибыль и живёт на бюджетные инъекции, – Свинцов называет конкурентом Apple?
О какой конкуренции может идти речь, когда вместо развития собственной экосистемы мы наблюдаем лишь распиление бюджетных средств внутри холдинга, который держится исключительно на административной подпитке?
Структурная проблема глубже. К февралю 2022 года Россия подошла без готовой альтернативной инфраструктуры распространения ПО. РуСтор запустили уже после начала СВО – как экстренную меру, а не как результат стратегического планирования. Сейчас его аудитория по данным самого магазина на начало 2025 года составляет около 20 миллионов активных пользователей, тогда как только у «ВКонтакте» в России ежемесячная аудитория превышает 75 миллионов человек.
РуСтор работает только на Android, владельцы iPhone остались без альтернативы. Это и есть реальная цена отложенного решения. Критическую цифровую инфраструктуру нельзя создать в режиме реакции на кризис – её строят годами, параллельно с эксплуатацией чужой. Пока этот процесс не завершён, любые конфронтационные шаги с позиции слабого цифрового суверенитета автоматически создают уязвимость, которой воспользуется более сильный участник.
Отдельная история – принудительный переход на мессенджер MAX, который тоже принадлежит VK. Его позиционируют как «национальную платформу» для общения, а с сентября 2025 года он стал обязательным к предустановке на все новые смартфоны, продаваемые в стране.
Вузы принудительно переводят студентов и преподавателей на MAX, угрожая санкциями вплоть до увольнения или отчисления. Сотрудники СПбГУ уже жалуются на принуждение, активисты запустили петицию с требованием защитить от принудительной установки MAX. И этот мессенджер – продукт компании, которая теряет миллиарды рублей в год и живёт за счёт бюджета, – вдруг становится «национальным» и обязательным.
Загоняли силой в MAX, но это вызвало протест. И вместо того чтобы создавать качественный продукт, в который люди захотят прийти сами, – используют административный ресурс и угрозы.
Но самое показательное в этой истории – реакция российских пользователей. На госпабликах, в комментариях под новостями о блокировке VK в App Store, россияне откровенно злорадствуют. «А не надо было загонять всех в Макс», «Сами запрещали всё, теперь получили», «Вот и расплата за суверенный интернет» – типичные комментарии, которые можно встретить под официальными новостями. И в этом злорадстве – не просто ехидство. В нём – глубокая усталость от политики, которая годами создавала иллюзию цифрового суверенитета, не создавая при этом реальной инфраструктуры. Люди видят, что их вынуждают пользоваться некачественными отечественными поделками, блокируют привычные зарубежные сервисы, а потом, когда наступает ответный ход, начинают кричать о нарушении прав человека и «расправе по национальному признаку». И это вызывает не сочувствие, а усмешку.
Риторика части думских депутатов о том, что действия Apple «доказали необходимость суверенного интернета», звучит как попытка переформатировать поражение в аргумент. Технически это верно. Но хронологически – это аргумент, который следовало использовать для принятия бюджетных решений ещё лет десять назад, а не после того, как десятки миллионов пользователей уже оказались в ситуации ограниченного доступа к привычным сервисам.
Стратегическая дилемма, которая сейчас стоит перед российским регулятором, выглядит так: либо ускоренное создание независимой экосистемы с реальными инвестициями и горизонтом 5–7 лет, либо продолжение существования внутри чужой инфраструктуры с принятием её правил. Третьего варианта – полного суверенитета при нулевых издержках для конечного пользователя – в обозримой перспективе не существует.
Если вы сами запретили в России их сервисы, давите на Telegram, то почему они не могут поступать так же? Почему их действия вы называете незаконными? Надо было не запрещать иностранные сервисы, а учиться работать в них и с ними, используя их как площадку для убеждения, пропаганды российской позиции.
Надо было строить реальную альтернативу – не за счёт запретов, а за счёт качества. Надо было не загонять людей силой в MAX, а сделать такой сервис, в который они бы захотели прийти сами. Но этого методологи не умеют. И не хотят. Та же VK – это просто распильщик огромных бюджетных средств, где миллиардные убытки покрываются из казны, а топ-менеджеры получают бонусы, сопоставимые с годовыми бюджетами регионов.
И пока Песков советует пользователям «перейти на Android», пока Боярский говорит о «потере лица» Apple, пока Свинцов рассуждает о «конкуренции» – российские пользователи остаются с проблемой. Десятки миллионов владельцев iPhone больше не могут установить или обновить «ВКонтакте», «Одноклассники», VK Мессенджер. Уведомления из этих приложений, как и из мессенджера MAX, больше не приходят.
И вместо того, чтобы признать собственную стратегическую ошибку – годами строить цифровой суверенитет на запретах, а не на реальных инвестициях и качестве, – российские политики продолжают играть в обиженных. «Видимо, нам не могут простить наших цифровых успехов», – сказал Боярский. Нет, Сергей. Вам не могут простить вашей некомпетентности.
* принадлежат компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной в РФ
Обсуждение материала в нашем Телеграм-канале. Ссылка на комментарии ЗДЕСЬ
