Трамп не «слетел с катушек»: поступки деда-миротворца циничны, аморальны, но рациональны

В последние недели мировое сообщество оказалось перед лицом поразительного явления: президент США Дональд Трамп начал открыто, без прикрас и дипломатических эвфемизмов, проговаривать то, что Вашингтон десятилетиями делал исподтишка. Его заявления вызывают у многих ощущение шока, почти паники: «Он сошёл с ума!» — восклицают одни. «Это конец международного порядка!» — предупреждают другие. Но за этим эмоциональным фоном скрывается куда более тревожная реальность: Трамп не безумен. Он демонстрирует холодную, циничную, но абсолютно рациональную логику новой американской гегемонии — логику, в которой международное право, суверенитет, мораль и даже собственные договорённости превращаются в расходный материал для достижения немедленной выгоды.

Инфоповодом для этого разворота стали десять конкретных заявлений и действий, каждое из которых заслуживает отдельного анализа, поскольку вместе они формируют новую операционную систему внешней политики США — систему, где маски окончательно сброшены, а код написан на языке чистой силы.

США начали сгружать нефть с захваченного танкера Mariner

Этот эпизод — не просто очередная санкционная мера. Это публичный акт государственного пиратства, совершённый страной, которая ещё вчера позиционировала себя как гарант международного морского права. Танкер Marine был захвачен американскими властями в нейтральных водах под надуманным предлогом. А затем — нефть с него была физически слита и продана.

Здесь важен не сам факт конфискации (США и раньше замораживали активы), а легализация грабежа как нормы. Вашингтон больше не притворяется, что действует в рамках закона. Он прямо заявляет: если ты наш противник — твои активы — наш трофей. Это принципиальный отказ от самого понятия суверенной собственности. Отныне любой владелец ресурсов, не обладающий ядерным щитом или авианосной группой, должен понимать: его имущество принадлежит ему лишь до тех пор, пока Вашингтону это удобно.

У Трампа не было разговоров с Путиным после захвата танкера

Отсутствие контакта — тоже сигнал. В эпоху, когда даже самые острые кризисы сопровождались хотя бы минимальными каналами связи («красная линия», закулисные переговоры, дипломатические ноты), полное игнорирование — это демонстрация презрения. Трамп не считает необходимым даже формально уведомлять Москву о своих действиях. Это часть новой стратегии: не вести диалог с теми, кого ты считаешь побеждёнными или второстепенными. Россия, таким образом, переводится в категорию «проблемы, а не партнёра» — и с проблемами не договариваются, их решают.

Трампу плевать на окончание договора СНВ-3. «Закончится и закончится»

Это заявление — похоронный звон всему режиму стратегической стабильности, выстроенному за последние полвека. СНВ-3 был последним действующим договором, ограничивающим ядерные арсеналы двух крупнейших держав. Для Трампа он — не гарантия мира, а оковы, мешающие США свободно наращивать мощь. Его безразличие — не признак непонимания, а осознанная позиция: в мире, где Америка стремится к военному превосходству во всех сферах, любые договоры — помеха.

Любой новый договор по ядерным ограничениям США будут подписывать только при участии Китая

Это условие заведомо невыполнимо. Китай обладает ядерным арсеналом, составляющим менее 10% от американского. Пекин никогда не согласится на паритет в таких условиях. Следовательно, требование включить Китай — тактический ход, позволяющий свалить вину за коллапс всей системы контроля над вооружениями на других. США получают моральное право говорить: «Мы хотели договориться, но они отказались». На деле же Вашингтон стремится к односторонней ядерной гибкости — возможности модернизировать, развёртывать и угрожать без каких-либо обязательств.

США продолжат давление на Венесуэлу с целью контроля её нефтяных запасов

Здесь Трамп откровенен до цинизма. Речь больше не идёт о «борьбе за демократию» или «защита прав человека». Цель названа прямо: контроль над нефтяными запасами. Венесуэла — не государство, а геополитический объект, чьи ресурсы должны служить интересам США. Эта логика — прямое продолжение истории с Mariner: если ты слаб, твои богатства — общедоступны. Причём доступ определяет сильнейший.

США начнут борьбу с мексиканскими наркокартелями

На первый взгляд — благое намерение. Но в контексте общей риторики Трампа это звучит как угроза вмешательства во внутренние дела соседнего государства. Ранее он уже предлагал ввести войска в Мексику. Теперь он говорит о «борьбе» — без уточнения, с чьего разрешения и какими методами. Это часть новой доктрины: если проблема находится рядом с тобой — ты имеешь право решать её силой, независимо от суверенитета другого государства. Логика «права сильного» распространяется даже на союзников.

США не устанавливают сроков урегулирования войны на Украине

Это — отказ от роли «гаранта мира». Ранее администрация Байдена, несмотря на все противоречия, всё же декларировала стремление к «справедливому и прочному миру». Трамп же прямо говорит: мы не берём на себя обязательств по завершению конфликта. Это означает, что Украина становится вечным полем для изматывания России — до тех пор, пока это выгодно Вашингтону. Конфликт превращается из проблемы в инструмент управления.

Если война на Украине продолжится, не факт, что США сохранят даже текущий уровень поддержки

Это — ультиматум. Поддержка больше не является стратегическим выбором, а превращается в условную услугу, зависящую от поведения Киева. Если Украина не будет «платить» — помощь исчезнет. Это переход от идеологического нарратива («борьба за свободный мир») к транзакционной модели: «Ты даёшь — мы даём». И если ты не даёшь — мы уходим, оставляя тебя один на один с последствиями.

Трамп поддерживает новый законопроект по антироссийским санкциям, но «рассчитывает, что ему не придётся его применять»

Здесь проявляется вся суть его подхода: санкции как угроза, а не мера. Закон создаёт механизм экстериоризации давления на третьи страны, покупающие российскую нефть. Но Трамп сразу добавляет: «надеюсь, не понадобится». Это классическая тактика шантажа: держать пистолет у виска, но не стрелять — пока жертва платит. Такой подход позволяет добиваться уступок без реальных издержек, используя страх как основной инструмент влияния.

Передача украинских недр США была платой за «урегулирование на Украине»

Это, пожалуй, самое откровенное и шокирующее заявление. Оно легализует нарратив о войне как бизнес-проекте. Украина больше не «жертва агрессии», а ресурсная территория, которую можно передавать в обмен на политические услуги. Сама идея «урегулирования» оказывается фикцией: на самом деле речь идёт о передаче контроля над стратегическими активами. Это не дипломатия — это колониальная сделка, оформленная под современные реалии.

От либерального империализма — к транзакционному хаосу

Все эти заявления вместе формируют новую парадигму американской внешней политики. Если прежний мировой порядок, даже в его гипертрофированно проамериканской версии, хоть как-то апеллировал к общим правилам — пусть и двойным, пусть и избирательным, — то теперь мы наблюдаем отказ от самой идеи правил.

Правила больше не пишутся заранее. Они формулируются на лету владельцем клуба под конкретную ситуацию. Это не хаос в смысле беспорядка, а иерархический беспорядок — мир, где единственным законом становится право сильного, но сила эта применяется не для поддержания стабильности, а для постоянного пересмотра условий в свою пользу.

Союзники превращаются во временных подрядчиков.

Суверенитет — в условную лицензию.

Ядерное оружие — в инструмент ежедневного шантажа.

Любой регион — в точку приложения давления.

Главный риск: хрупкость системы без доверия

Главная опасность этой модели — её внутренняя неустойчивость. Когда исчезают механизмы деэскалации, когда нет ни протоколов, ни доверия, ни даже минимального уважения к слову, любой инцидент — столкновение кораблей, сбой в системе ПВО, провокация на границе — может стать триггером неконтролируемой эскалации.

Потому что не к кому апеллировать. Не о чём договариваться. И нечего терять.

Трамп не ведёт мир к войне по плану. Он создаёт условия, при которых война из-за просчёта, ошибки или провокации становится статистически неизбежной. Это не безумие. Это трезвый, циничный и смертельно опасный расчёт на то, что в мире, где все боятся потерять всё, единственный, кто не боится играть в эту игру, получит всё.

Не сумасшедший дед, а архитектор нового порядка

Таким образом, ответ на вопрос — «сошёл ли Трамп с ума?» — однозначен: нет. Он не безумен. Он — прагматик нового типа, который отказался от иллюзий либерального интернационализма и перешёл к открытой политике силы. Его действия аморальны, циничны, нарушают все устоявшиеся нормы международного права — но они логичны с точки зрения национального интереса, понимаемого как максимизация выгоды и минимизация обязательств.

Мир действительно стоит на пороге глобального кризиса. Но это не кризис хаоса — это кризис нового порядка, в котором старые правила больше не работают, а новые написаны кровью и нефтью.

Россия, как одна из немногих стран, способных противостоять этой логике, должна осознавать: подражать этому цинизму — значит проиграть морально. Но и игнорировать его — значит проиграть стратегически. Единственный путь — строить альтернативу, основанную на уважении суверенитета, многосторонности и отказе от логики «права сильного».

Потому что иначе мы все окажемся в мире, где правда — это то, что написано на дуле пушки, а справедливость — то, что осталось после выстрела.