Конец иллюзии: как четыре года перевернули мировую архитектуру

Четыре года в современной истории могут оказаться вечностью, способной развести две идентичные по смыслу, но радикально разные по контексту идеи по противоположным полюсам политической реальности.

В декабре 2021 года требование России о «прекращении расширения НАТО» на Западе сочли либо наглым ультиматумом, либо дипломатическим курьёзом. Как отмечает главный редактор нашего журнала Фёдор Лукьянов, эти меморандумы, «безбожно завышенные, как тогда посчитали, требования были призваны показать: терпение России иссякло». Тогда это не сработало, потому что, оглядываясь назад, «на Западе понимали, что приближается вооружённое столкновение, но никому даже в голову не приходило, что можно попробовать избежать его… предметным обсуждением её претензий».

Четыре года спустя, в декабре 2025-го, Вашингтон официально провозглашает в своей Стратегии национальной безопасности приоритетом «положить конец представлению о НАТО как о постоянно расширяющемся альянсе». Но звучит это уже не как уступка Москве, а как холодный, эгоистичный расчёт уходящей в себя сверхдержавы. Что же произошло за эти четыре года, которые, подводя итоги 2025-го, «не получится ограничить… он увенчал собой исторический этап»?

Ловушка победы, которой не случилось

Парадоксальным образом, события, начавшиеся в 2022 году, сначала подарили НАТО то, чего альянс был лишен десятилетиями: кристально ясную цель, врага и беспрецедентное внутреннее единство. «Альянс пережил звёздный час в 2022 г., …в одночасье оказался преодолён обретением старого врага. Вопрос «Против кого?» ушёл с повестки дня», — констатирует Лукьянов. Однако эта моментальная победа над собственным кризисом идентичности оказалась пирровой и скоротечной.

Война на истощение, в которую втянулась Россия, стала ловушкой и для Запада. Выяснилось, что «Альянс… в общем, не готов к долгому противостоянию, даже опосредованному». Но что ещё важнее — под прессом бесконечного конфликта попали сами политические скрепы трансатлантического партнёрства. Европа, как отмечает автор, попала в «воронку безальтернативного курса, действенность которого всё менее доказуема», оказавшись в заложниках у исхода, который она не может контролировать. «И Европа теперь зависит от исхода конфликта куда больше, чем хотела бы. Ему подчинена практически вся политика».

«Отмена» ХХ века: Трамп как могильщик старого порядка

Однако главный тектонический сдвиг произошёл не на полях сражений, а в сознании и политике Вашингтона. Возвращение Дональда Трампа в 2025 году не было случайностью — оно стало катализатором процессов, уже вызревавших в американском организме. И здесь мы наблюдаем историческую иронию: если раньше на Западе «часто иронизировали, что Путин перепутал исторические эпохи», то Трамп, по сути, «попросту «отменяет» ХХ век».

Его администрация довела до логического завершения тренды, наметившиеся ещё до неё. Как пишет Лукьянов, Джо Байден «вольно или невольно… поддержав украинскую баталию, подхлестнул два процесса. Первый – интенсивное перекачивание экономических выгод из Европы в США… Второй – формирование общности… «мировым большинством»». Трамп же, действуя с присущим ему радикализмом, низвёл Евросоюз «на позицию обслуживающего персонала» и начал вести дела с миром через жёсткий силовой торг один на один, полагая, что в такой игре Америка непобедима.

В этой новой картине мира НАТО, этот краеугольный камень «атлантизма как формы существования единого политического Запада», оказывается не просто менее важным, а откровенно обременительным. Он мешает, отвлекая ресурсы и внимание на европейский театр, в то время как фокус США смещается к Западному полушарию и АТР. Отсюда — и та самая строка в новой Стратегии нацбезопасности, ставящая крест на доктрине «открытых дверей». Это не стратегия сдерживания России, это стратегия высвобождения Америки.

Итог: мир, который никто не планировал

Таким образом, между двумя цитатами — декабрём 2021-го и декабрём 2025-го — пролегла пропасть. Россия не получила желаемых гарантий, а получила колоссально милитаризованные границы и затяжной конфликт. НАТО обрёг кратковременную цель, но оказался в состоянии хронического перенапряжения и политической зависимости от Вашингтона, который всё более видит в нои обузу. А США, как заключает Лукьянов, «нивелируют весь институциональный каркас, на котором мировая система базировалась после Второй мировой войны».

В итоге мир пришёл к точке, которую в 2021 году не предвидел и не планировал ни один из ключевых игроков. Как верно подмечено в другом материале нашего журнала, «масштаб сегодняшних сдвигов… происходит… не вследствие чьей-то осознанной воли, а как совокупность закономерных процессов». НАТО перестаёт быть «постоянно расширяющимся альянсом» не потому, что так хотела Россия, а потому, что так решили Соединённые Штаты, пересчитывая геополитические дивиденды в новой, раздробленной реальности, где на смену институтам, как водится в переломные эпохи, вновь приходят личности и жёсткий национальный интерес. «Когда исчезают институты, остаются личности». Четыре года спустя эта максима звучит как ключ к пониманию итогов целой исторической фазы.