В России предлагают ввести утильсбор на импортные овощи: огурцы и помидоры станут дорогим деликатесом
На конференции «Агроинвестор: PRO растениеводство» президент Плодоовощного союза Игорь Мозговенко представил презентацию, в которой предложил ввести сезонные импортные пошлины, тарифные квоты и минимальную цену на ввозимые огурцы и томаты. Формально — защита отечественного производителя. По сути — административный запрет на дешёвый импорт и установление ценового пола, ниже которого рынок работать не сможет.
Мозговенко прямо заявил: «Проблема — демпинг импортной продукции. Разница по ценам между томатами российского производства и импортными огромная. В некоторых месяцах, как например в марте-апреле, она достигает 2,5 раза». По его словам, себестоимость отечественного производства выше, чем цены, по которым импорт завозятся в Россию. В презентации были и конкретные цифры: в отрасль вложено около 900 млрд рублей, самообеспеченность огурцами — 97%, томатами — 89%, но зимой по томатам падает до 61%. В 2025 году импортировано 489 тыс. тонн томатов, из них 58% — в период работы теплиц с досвечиванием. Основные поставщики — Азербайджан и Туркмения, по 30% каждая.
Но давайте разберёмся, что стоит за этими цифрами. Импорт из Азербайджана, Армении, Таджикистана и Туркмении дешевле не потому, что там злобные демпингисты, а потому что там другой климат, дешевле рабочая сила, меньше затрат на отопление и досвечивание. Это объективная разница в себестоимости. Российские теплицы в межсезонье тратят огромные деньги на энергию — и это их проблема, которую они могут решать модернизацией, энергосбережением, снижением потерь, предотвращением жульничества и коррупции. Вместо этого предлагается просто лишить население более дешевого товара.
Меры, которые лоббирует Мозговенко, — сезонные пошлины, квота около 300 тыс. тонн с запретительной сверхквотной пошлиной, минимальная импортная цена на уровне около 200 рублей за килограмм. Последнее — это фактически ценовой пол. Если импортный томат не может стоить дешевле 200 рублей, то и российский производитель может держать цену около 200 и выше. Ему не нужно будет снижать издержки, потому что конкуренция будет устранена административно. Пошлины и квоты создадут дефицит в межсезонье, а дефицит всегда толкает цены вверх. В результате овощи — базовая продукция для большинства семей — станут ещё дороже. Для людей с низкими доходами это не просто «неприятное подорожание», а реальное сокращение потребления.
Инициативу поддержал председатель Союза участников рынка картофеля и овощей Сергей Лупехин, заявивший, что пошлины «должны быть такими, чтобы компенсировать субсидии нашим производителям», а «зарубежные тепличные овощи не могут быть дешевле отечественных». Логика предельно откровенная: мы не будем работать эффективнее, мы просто не пустим тех, кому удается производить продукцию дешевле.
Особенно цинично это выглядит на фоне того, что происходит с доходами населения. После выборов власть уже провела и анонсировала целый ряд изъятий: налоги, сборы, тарифы, штрафы, рост стоимости услуг. Простой человек снова оказывается крайним. Сначала ему говорят, что нужно затянуть пояса ради стабильности, потом — что нужно поддержать бизнес, потом — что нужно защитить продовольственную безопасность. В итоге за всё платит один и тот же трудовой потребитель. Это не рыночная экономика, а перекладывание проблем на тех, кто не может переложить их дальше.
Если государство действительно хочет поддержать тепличную отрасль, есть прямые инструменты: адресные субсидии, компенсация энергозатрат, льготное кредитование модернизации, поддержка спроса для малоимущих. Но нельзя делать вид, что заградительные пошлины — это забота о людях. Это забота о конкретных компаниях, которые хотят сохранить маржу за счёт покупателя.
Инициатива Плодоовощного союза — не про «защиту отечественного производителя» в высоком смысле. Это про то, чтобы бизнес не решал свои проблемы сам, а переложил их на потребителя. Очередная удавка на шею простого человека, только теперь с грядки. Если решение будет принято, огурцы и томаты подорожают ещё сильнее — и заплатят за это не аграрии и не чиновники, а те, кто каждый день считает деньги до зарплаты.
