Михаил Хазин предсказал радикальные изменения в управленческой модели России — иначе страна не выживет

Известный экономист Михаил Хазин констатирует: привязанная к уходящей финансово-экономической модели система управления обречена. После агрессии Израиля и США против Ирана процесс её угасания, ранее медленный, ускорился многократно. На повестке дня — не политические дебаты, а суровая управленческая необходимость: что может прийти на смену отжившему механизму?

Сегодня в стране сложилась парадоксальная ситуация: теоретиков — выше крыши. В любого чиновника ни ткни — он обязательно большой теоретик. Но стоит задать простой вопрос: «А что ты сделал?» — и выясняются большие проблемы. Ориентир должен быть на практиков, на людей, которые умеют делать. Необходимо понять, как должна выглядеть система, чтобы она могла эффективно работать в новых условиях.

В отношении построения системы управления всё упирается в одну простую вещь — качество управления. Однако современное восприятие самой системы часто ошибочно. Для современной России органы государственной власти — это зачастую квадратик, в который можно вписать либо известную, либо понятную, либо рекомендованную фамилию. Про функции и задачи никто не вспоминает. Содержательная сторона не анализируется, по-прежнему остаются избыточные, надуманные и дублируемые функции. Это влияет на всё качество управленческих решений и на последствия таких решений.

Реформа накладывалась на реформу, в итоге мы запутались, что на что влияет и почему. Причина — качество управления. Стратегические документы часто остаются лежать на полке. Закон о стратегическом планировании был принят, но главные инструменты сопротивления находились в ведомствах экономического блока. Он несовершенен. Россия — огромная территория, и мы сталкиваемся с разными вызовами. Нам предстоит решить задачу удержания большой территории малой численностью населения. Для этого необходимо принять отраслевые схемы территориального планирования: схему расселения и схему размещения производительных сил. Но этого документа у страны по-прежнему нет.

Вместо этого началась нездоровая конкуренция между субъектами федерации. Кто больше демпинганёт? Инвестору обнуляют налоги на прибыль, на имущество, на землю. Кто сильнее демпинговал, тот и получил инвестиции. Но ключевого документа — схемы размещения производительных сил — нет.

Отдельная проблема — планирование. В Москве для того, чтобы управлять, нужно иметь план. В Москве есть специализированный институт, который занимается планированием. Он всё время занимается планированием, где что расположено. Поэтому Москвой можно управлять. Этот план — живой инструмент управления. Почему-то ни один губернатор не создал себе такой институт. А план сделать невозможно без института. Должны быть специалисты, которые должны считать всё, и они должны каждый день ходить на работу.

При этом на создание мастер-планов в масштабах страны потрачено сегодня 200 миллиардов рублей. Их уже более 1000. На основе мастер-планов принимаются градостроительные решения. Но спросите у любого управленца, что такое мастер-план. Он вам не ответит: законодательное определение этому инструменту не дано. Мы создаём то, чего мы не знаем.

Острейший вопрос — бюджетный федерализм. Законодатель исходит из того, что независимо от места проживания человек получает идентичный по составу и качеству набор государственных муниципальных услуг. Но когда уровень бюджетной обеспеченности в расчёте на одного жителя отличается в 47 раз, разве это бюджетный федерализм? Мы не можем дать того стандарта качества жизни в регионе и в Москве. Это невозможно.

Существуют субъекты Российской Федерации, которые живут вне правового регулирования сегодня. То, что позволено Юпитеру, не позволено быку. В ряду таких субъектов находится Москва, отчасти Санкт-Петербург, Татарстан, Чеченская Республика. То, что можно одному главе субъекта, для другого — тюрьма.

Взаимоотношения с правоохранительной системой также требуют пересмотра. В рамках существующей вертикали нет никакого подчинения правоохраны исполнительной власти субъекта Федерации. Они работают над другим: найти компромат, возбудиться, максимально нарыть негатива. Правоохрана не работает на территорию, она руководима исключительно федеральным центром. Влияние губернатора на прокурора, на следователя — нулевое.

Это касается и земельных отношений. В регионах до 90% сельскохозяйственной земли может не обрабатываться, при том что почти вся она принадлежит государству. Почему не создаются государственные предприятия, которые бы занимались сельским хозяйством? Это запрещено или это просто ответственность, которую не хочется на себя брать? Практически вся земля арендована, в основном финансово-кредитными учреждениями. 100% земель, не находящихся в обороте, сегодня заложены в акционерных коммерческих банках. Это способ, которым банки мультиплицируют свой капитал.

У нас так выстроена налоговая система, что любое сельскохозяйственное производство является убыточным, если у тебя нет дешёвого кредита. А дешёвый кредит можно получить только через государство. При такой системе нормального развития быть не может. Проверки порядка арендных правоотношений по землям сельхоз назначения в нескольких областях показали, что каждый гектар земли заложен в акционерных и коммерческих банках. А на инициаторов проверки наседала вся правоохранительная махина – чтобы они не лезли и не пытались навести порядок.

Как в США используется эмиссия под капитализацию новых активов, так у нас использовались активы, связанные с недвижимостью: землёй и сооружениями. Это способ, при котором банки мультиплицируют свой капитал. Центробанк этим не занимается, и финансово-кредитные учреждения, вместо того чтобы предоставлять ссудный процент и расчётно-кассовое обслуживание, стали поглощать активы, превращая землю в инструмент умножения капитала.

Всё это подводит к главному вопросу: что можно изменить для того, чтобы эта система изменилась? Или это всё-таки в головах, и менять надо сознание людей? Или можно изменить это законодательными вещами, какими-то строгими мерами?

Ответ лежит в комплексе мер. Первое, что необходимо сделать, — это научиться говорить правду. Понимать, что белое — это белое, чёрное — это чёрное. Прекратить врать себе и врать обществу. Это самое главное условие.

Второе — это образование, воспитание, культура. Надо действительно перевоспитать нацию, человека, гражданина, семью.

Третье — неизбежность наведения порядка. Если говорить о законах криминологии, то законопослушных в обществе немного. Поэтому нужны жесткие меры, но по старым принципам: холодная голова, горячее сердце, чистые руки. В стране нужен порядок.